Караван Ярмарка
Свободная газета для мыслящих людей

Счастливая звезда Наины Хониной

Народная артистка России отмечает 60-летие служения Тверскому театру драмы

Во время режима самоизоляции Тверской областной академический театр драмы продолжает общаться со своим зрителем. На сайте театра можно найти видео спектаклей, видеомонологи артистов театра. Наина Владимировна Хонина порадовала поклонников чтением стихов собственного сочинения. А 12 мая она принимала поздравления со своим днем рождения и еще с одной очень важной датой в своей творческой жизни – 60-летием служения Тверскому театру драмы. О своем ярком творческом пути народная артистка России рассказала в интервью нашему еженедельнику.

Серенада в день рождения

– Наина Владимировна, в первую очередь искренне поздравляем вас с днем рождения и 60-летием служения Тверскому театру драмы.

– Спасибо. Я с 28 марта не выхожу из дома, но в свой день рождения не чувствовала себя на само-
изоляции. Я получила многочисленные поздравления по телефону. А в один из моментов дня меня к окну позвал мой супруг. Я выглянула и увидела двух мачо – моих коллег и учеников Тараса Кузьмина и Алексея Маркова. Я преподавала им сценическую речь в Тверском отделении Высшего театрального училища им. М.С. Щепкина. И пусть в руках у этих мачо не было гитар и они не пели песню, их слова для меня звучали как серенада.

– Ваши родители были актерами. Вместе с ними вы исколесили почти весь Советский Союз. Это повлияло на ваше решение стать актрисой?

– Да. Мои родители играли в разных театрах страны, ездили на многочисленные гастроли. И я всегда была с ними. Знаете, какой эпизод из наших путешествий мне особенно запомнился? Мы бежим по перрону железнодорожного вокзала. Кажется, это была Рязань. Мы спешим уехать в другой город, в другую жизнь, в другой театр. Мне 10 лет. У папы в руках чемодан. Это единственное, что мы возили из города в город. У мамы в руках сумка. Я держу маму за руку, а в другой руке у меня чайник. И у него бряцает привязанная крышечка. И это весь наш скарб.

Я очень хорошо знаю нашу актерскую глубинку. Провинциальная Россия – мое сердце и моя радость. Иннокентий Смоктуновский, Георгий Жженов и многие другие замечательные актеры родом из театральной провинции.

«Разве нельзя отличить кролика от газели?»

– Вы приехали в Калинин в возрасте 18 лет и остались тут на всю жизнь. Какой счастливый случай вас сюда привел?

– В это время я вместе с родителями работала в театре Ульяновска. А до этого успела поработать в Благовещенске. У меня было уже семь достаточно серьезных ролей. Ульяновский театр отправлялся на гастроли в Москву со спектаклем о молодом Ленине. Мне хотелось уйти одной в другой театр. Мне казалось, что играть с родителями в одном театре – это неприлично. Сейчас есть понятие актерской династии, а тогда такого не было.

Мы с родителями возили с собой огромную карту Советского Союза. Она была исчерчена красными флажками, которые обозначали места, где мы уже побывали. Перед отъездом в Москву я сказала маме: «А сейчас давай посмотрим, где я буду в следующий раз». Я ткнула пальцем в карту и закричала: «Мама, папа, это будет Москва». Мама тихонько подняла мой пальчик с карты. На ней маленькими буквами было написано: «Калинин». Я сказала: «Этого не может быть. Я не знаю такого города». Мой папа, который хорошо знал все провинциальные театры страны, сказал мне о том, что в Калинине замечательный драматический театр.

А вскоре судьба свела меня с его главным режиссером педагогом народным артистом РСФСР Георгием Георгиевским. Мой партнер, который играл молодого Ленина, знал о моем желании уйти в другой театр. В Москве он зашел во Всероссийское театральное общество (ВТО). Здесь была актерская биржа. И именно в этот день Георгий Георгиевский приехал сюда искать молодую актрису. В Калинине режиссер Александр Сафронов ставил спектакль «Неравный бой» по пьесе Виктора Розова. Все роли были распределены. А одна молодая актриса неожиданно бросила театр, уехав на съемки в кино. Как известно, судьба ее потом не сложилась. И вот на замену ей Георгиевский искал молодую актрису.

Вскоре он позвонил нам в гостиницу и предложил мне работать в его театре. Я сначала подумала, что это розыгрыш, но это оказалось правдой. На следующий день мы встретились в ВТО. Георгий Адольфович спросил меня: «Поедешь ко мне в театр?» Я ответила: «Да». Он не устраивал мне никаких прослушиваний, хотя знал, что у меня не было актерского образования. Однажды Георгиевского спросили, чем он руководствовался, приглашая меня в театр. Он ответил: «Разве нельзя отличить кролика от газели?»

«Моя звезда вернулась ко мне в Калинине»

– Говорят, что первое впечатление самое главное. Как состоялась ваша встреча с главным городом вашей судьбы?

– Георгий Адольфович привез меня в Калинин на автобусе. Был уже вечер. Как только я ступила на землю, подняла глаза в небо и увидела свою звезду.

Впервые я увидела ее, когда училась в четвертом классе. Это было в Рязани. Мои родители уезжали на выездные спектакли и думали, что я ложусь спать. А я любила сидеть на театральном балконе и, ожидая родителей, смотреть на небо. Когда они приезжали, я ныряла в кровать, делая вид, что сплю.

И вот однажды, смотря на небо, я увидела треугольник из звезд. Две из них светили слабо, а во главе треугольника пульсировала очень яркая звезда. Я до сих пор не знаю, как она называется. «Ты чего мне подмигиваешь? Я назначаю тебя своей звездой», – сказала я ей. С тех пор она то появлялась на небе, то исчезала. Когда у меня была плохая полоса в жизни, я не могла найти свою звезду на небе. В Ульяновске она исчезла совсем. И вот первое, что я увидела, ступив на калининскую землю, была моя звезда.

Когда мы с моим внуком Иваном однажды глядели в небо, я познакомила его со своей звездой. А потом подарила ее ему. Теперь она его путеводная звезда.

«Я останусь здесь за вас»

– Какую роль в вашей жизни сыграл режиссер Георгий Георгиевский?

– Мы называли его «папа Жора». Он мне и другим молодым актерам дал актерское образование. Работая в театре, мы параллельно учились в школе-студии МХАТ. Георгий Адольфович при мне руководил театром всего семь лет. Затем он по состоянию здоровья уехал в Москву. Георгиевский говорил, что театр – это храм, поэтому к нему должно быть особое отношение. И еще он говорил, что театр – это монастырь, в который уходят один раз в жизни. Я до сих пор живу по этому закону. И когда папа Жора уезжал в Москву, я сказала ему: «Я останусь здесь за вас».

Увы, сейчас к театру совсем другое отношение. Некоторые чиновники относят театр к развлекательным услугам, а спектакль считают театральным продуктом. Печально…

– Среди тех режиссеров, с которыми вам удалось поработать, кто вам особенно запомнился?

– У меня была очень хорошая режиссура. Через мою жизнь прошло 34 режиссера. Последним пока был Тарас Кузьмин. Он поставил спектакль по пьесе Натальи Серовой «Встреча», которую она посвятила мне. К сожалению, Наталья ушла из жизни. Но здорово, что нам вместе с актерами ТЮЗа и Тарасом удалось поставить ее пьесу.

Режиссер Георгий Товстоногов ставил в Калинине спектакль «Правду! Ничего кроме правды» по пьесе Даниила Аля. После того как постановка вышла, Товстоногов пригласил меня в Большой драматический театр Ленинграда, но я отказалась. Меня в свою труппу приглашал Николай Павлович Акимов, режиссер Ленинградского театра комедии.

Дипломной работой нашего курса школы-студии МХАТ был спектакль «Бесприданница» по пьесе Александра Островского, в котором я играла главную роль. Преподаватель нашего курса Виктор Карлович Манюков в то время организовал в Москве «Новый театр» и пригласил меня в свою труппу, но я решила остаться в Калинине.

У меня была возможность играть в самом МХАТе. Ректором школы-студии тогда был Вениамин Захарович Радомысленский, ученик Константина Станиславского, заслуженный деятель искусств РСФСР. Он предложил мне перейти на пятый очный курс школы-студии МХАТ. В МХАТе мечтали поставить «Бесприданницу» и искали красивое русское лицо. На разговор с Радомысленским меня привел сам Георгий Адольфович. Я тогда на него очень обиделась. Я подумала, что он хочет от меня избавиться. А потом оказалось, что он просто знал, что скоро уйдет из театра в Калинине. Я решила остаться здесь и, знаете, до сих пор не жалею о своем выборе.

«Я всегда найду возможность защитить своих героинь»

– Наина Владимировна, у вас совсем мало ролей в кино. Одна из них роль Катерины в фильме «За облаками – небо» режиссера Юрия Егорова в 1973 году. Почему вы так мало играли в кино?

– Мы с Георгием Георгиевским сразу договорились, что я не буду сниматься в кино. Театр – это храм. И я служу ему верой и правдой всю жизнь. Я очень люблю театр и никогда не рвалась играть в кино. Сейчас уже другое время. Актеры часто снимаются в фильмах.

– Вы сыграли более 140 ролей. Какие из них для вас особенно ценны?

– Мне всегда доставались очень трудные и сильные роли. Я однажды посчитала, что умирала на сцене 19 раз!

Многие актеры любят играть отрицательные роли за их сложность и яркость. Я же никогда не играла отрицательных ролей. Я на сцене всегда нахожу возможность защитить своих героинь, объяснить глубинные смыслы их поступков, богатство человеческой природы.

Но было и одно исключение. У меня была возможность сыграть в спектакле по повести Николая Лескова «Леди Макбет Мценского уезда». Это очень яркая роль, но я отказалась от нее. Я бы не смогла оправдать главную героиню, которая убивает ребенка. В итоге режиссер отказался от идеи ставить спектакль, потому что видел в главной роли только меня.

– Вы говорили о том, что во время игры растворяетесь в своей роли. Многие зрители до сих пор вспоминают, как вы садитесь на шпагат в спектакле «Море любви» режиссера Николая Бутрехина.

– Я никогда не занималась ни спортом, ни танцами, ни гимнастикой. И когда мы репетировали эту постановку, хореограф сказал, что будет интересно, если моя героиня в один из моментов спектакля сядет на шпагат. Я сделала это с первой попытки. Хореограф очень удивился. Я сказала: «Это не имеет ко мне отношения. Это же не я села, а моя героиня. Лично я бы так не смогла».

«Нам аплодировали и кричали: das ist fantastisch»

– У вас было много замечательных партнеров. О ком вы вспоминаете с особой теплотой?

– Партнерство – самое главное на сцене. Ты играешь не на себя, а на того, кто перед тобой. В первую очередь я хочу рассказать о своей дорогой партнерше и подруге народной артистке России Вере Рычковой. Вместе с ней мы играем и дружим уже более 45 лет. Я с большой теплотой вспоминаю наш недавний спектакль «На закате солнца», который мы вдвоем играли на малой сцене.

 Добрым словом хочу вспомнить народного артиста России Константина Глебовича Юченкова, который, увы, недавно ушел из жизни. Уход такого актера – огромное горе. Мы прожили с ним большую партнерскую жизнь на сцене.

Не так давно ушел из жизни еще один мой замечательный партнер Леонид Аркадьевич Брусин, народный артист России. Мы вместе с ним играли острый и яркий спектакль «Убьем мужчину» Эдварда Радзинского на фестивале в Оснабрюке. Зал был полон, а зрители совсем не знали русского языка. Каждое свое действие на сцене мы проигрывали в пантомиме и добавляли язык жестов. Это был сумасшедший спектакль. Зрители смеялись и затихали там, где обычно реагирует русский зритель.

Нас вызывали на поклон 16 раз. В зале стоял оглушительный рев. Когда мы пришли в гримерную, смотрели друг на друга 40 минут и не могли понять, что произошло. Такого спектакля нет, не было и никогда не будет.

Но оказывается, зрители не ушли. Они ждали нас, а когда мы стали спускаться, выстроились у служебного выхода в две шеренги, аплодировали и кричали: das ist fantastisch, что значит «это фантастика».

– Как вы считаете, насколько за 60 лет изменился тверской зритель?

– Я вам признаюсь, что мой зритель для меня остался прежним. Я живу на улице Трехсвятской и люблю встречаться там со своим зрителем. Одна женщина мне рассказала, что вместе с подругами бегала на Хонину. В субботу и воскресенье у нас были и дневные, и вечерние спектакли. И вот эти молодые девчонки в субботу убегали из школы в театр. А недавно ко мне на Трехсвятской подошла молодая пара и подарила мне букет цветов.

– Наина Владимировна, у вас вышло несколько книг. Не планируете на самоизоляции написать новую книгу?

– Нет, я не считаю себя писателем. Это совсем другая профессия. Я пишущая актриса. Я уже выплеснула на книжные страницы все!

– Уже известно, что Тверской театр драмы не возобновит свой сезон. В июне труппа уйдет в отпуск, а в июле начнутся репетиции новых спектаклей. Какие бы роли вы хотели сыграть?

– Мои последние работы мне очень дороги. Я играю двух бабушек: Варвару Капитоновну в спектакле «Вечно живые» Виктора Розова и французскую бабушку в спектакле «Восемь любящих женщин» Роберта Тома. Я по-прежнему хочу служить театру. И если меня позовут в новые спектакли, я с радостью откликнусь и вновь выйду на сцену.

Беседовал Андрей Сабынин

Вам также могут понравиться

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.


яндекс.ћетрика